Технология альтруизма
Оглавление раздела
Последние изменения
Неформальные новости
Самиздат полтавских неформалов. Абсолютно аполитичныый и внесистемный D.I.Y. проект.
Словари сленгов
неформальных сообществ

Неформальная педагогика
и социотехника

«Технология группы»
Авторская версия
Крошка сын к отцу пришел
Методологи-игротехники обратились к решению педагогических проблем в семье
Оглядываясь на «Тропу»
Воспоминания ветеранов неформального педагогического сообщества «Тропа»
Дед и овощ
История возникновения и развития некоммерческой рок-группы
Владимир Ланцберг
Фонарщик

Фонарщик — это и есть Володя Ланцберг, сокращенно — Берг, педагог и поэт. В его пророческой песне фонарщик зажигает звезды, но сам с каждой новой звездой становится все меньше. Так и случилось, Володи нет, а его ученики светятся. 


Педагогика Владимира Ланцберга


Ссылки неформалов

Неформалы 2000ХХ

Анна Тур.
Неформальная педагогика как социокультурное явление.
Глава 3. Коммунарское движение и неформальная педагогика

3.2. Причины кризиса коммунарского движения

Изначально КЮФ был задуман как часть пионерской организации, ни на что не претендуя. Именно на первом (весеннем) сборе были опробованы ключевые пункты «методики общей заботы»:

1. Самоорганизация — «разведка дел и друзей», их «защита»,

2. Самоконтроль,

3. Саморефлексия — «огоньки»,

4. Творчество — импровизации, митинги, подарки-сюрпризы сводной дружине.

На сборе удалось создать обстановку реальных отношений заботливого сотрудничества, энтузиазма, взаимного уважения, находчивости, увлеченности, добросовестности. Тогда же появились первые друзья КЮФ, Устав сводной дружины, где были сформулированы задачи (в которых конкретизировался общий замысел эксперимента):

1. Быть ударным отрядом районной пионерской организации, инициатором и организатором полезных и интересных дел всех пионеров района.

2. Быть образцом полнокровной пионерской жизни: труда, учения, закалки и отдыха — для каждого звена и отряда, для каждой дружины в своем районе.

3. Быть дружной семьей комсомольцев и пионеров, любящих пионерскую работу, стремящихся жить и работать по-коммунистически.

4. Быть кузницей кадров пионерских активистов, вожатых и верных друзей пионерской организации — в настоящем и будущем1.

В конце сбора детьми был придуман гимн.

Удачным оказалось и воздействие на взрослых участников сбора: «Но, пожалуй, сильнее всего — в эмоциональном отношении — значение перелома, происходившего в сознании руководителей, выразила Ф. Я. Шапиро, методист Дома пионеров: «Да, теперь я верю, что с ребятами можно работать по-другому, совсем не так, как я работала раньше»»2.

Однако следующий (летний сбор) не оправдал ожиданий.

Из 300 детей было 120, с прошлого сбора лишь 15 — подавляющее большинство не были членами совета дружин или отрядными вожатыми. Почти треть школ не прислали ребят. То же самое и с взрослыми.

На этом сборе появляются военные черты: поиск дел именуется «Тимуровской разведкой», появляются отряды «красных следопытов», один — «разведчиков семилетки», «Пионерская Легкая Кавалерия» (выпуск живых газет, «Молний», выступление с концертами для колхозников и членов их семей, благоустройство сельского клуба, школы и т. п.), была проведена двухдневная большая военная игра.

После сбора выяснились первые трудности — классные руководители и старшие пионервожатые не поддерживали идею введения коммунарского опыта в классную жизнь. Причина была в отрицательном отношении к Коммуне со стороны ряда комсомольских работников и руководителей школ: «В нашем сводном коллективе с его собственным девизом, законами-заповедями и т. п. была усмотрена какая-то новая организация, противопоставлявшая себя пионерской или, в лучшем случае, дополняющая ее»3. Как мы видим, пионерская организация сразу увидела в коммунарах потенциального конкурента.

Несмотря на явный успех метода, результат эксперимента оказался неоднозначным: «И хотя отдел ЦК ВЛКСМ отверг предложение закрыть КЮФ и дал указания «не мешать проведению эксперимента», без активной заинтересованности руководителей школ в направлении на лагерные сборы и ежемесячные встречи-«огоньки» Коммуны делегатов дружин во главе со старшими вожатыми, а главное — в использовании опыта, приобретенного ими на сборах и вечерах-встречах (отсутствие такой заинтересованности, как выяснилось, было главной причиной отсутствия «весенних» коммунаров на летнем сборе), Коммуна не могла успешно выполнить свои задачи»4.

С этой мыслью прошли следующие два сбора в 1960 году.

Переломным стал следующий летний сбор. Он прошел по просьбе ребят на добровольных началах. Его можно считать первым «самостоятельным» сбором, в котором КЮФ уже не часть пионерии, а самостоятельная единица. И хотя Иванов продолжает говорить об этом, как об эксперименте, ясно, что его развитие им уже не контролируется и не прогнозируется.

На сборе было 80 школьников. Отказ от сводных звеньев в пользу отрядов формируемых по «дружбе». С этого момента ядро коммуны — «старые коммунары», несли ответственность за передачу коммунарского опыта не перед комсомолом, не перед дружиной, а перед Коммуной, что еще раз подтверждает, что с этого времени КЮФ — отдельная организация. Тогда же появляется традиция появления в рядах КЮФ взрослых друзей не педагогов — «Совет друзей», а вместе с одним из отрядов ребят — «ревком».

1962 — появляется первый «Спутник» КЮФ — сводный отряд пионерского актива нескольких школ Фрунзенского района. Тогда коммунары придумали и осуществили два типа коллективных дел, впоследствии принятых по всей стране. Это были трудовые десанты (выполнение в течение нескольких дней срочных заданий колхоза, совхоза, лесничества, местного Совета, с экстренным выездом или марш-броском, по тревоге) и операцию, которую впоследствии стали называть «Первый памятник» (увековечивание имён жителей деревни, села, поселка, отдавших жизнь за Родину в годы Великой Отечественной войны).

Опыт Коммуны юных фрунзенцев начал освещаться и получил оценку в печати. В статье журнала «Коммунист» (№ 7, 1962 год) деятельность Коммуны была признана одной из самых значительных явлений в жизни Всесоюзной пионерской организации имени В. И. Ленина5.

«Коммунарство» заняло нишу в молодежной среде — оно было, на тот момент, единственным демократическим движением, и как глоток свежего воздуха, привлекало не только школьников и студентов, но и взрослых людей. Добровольность участия, коллективное планирование, исполнение и оценка сделанного, чередование творческих поручений, ротация выборных руководителей, «откровенные разговоры», многодневные «сборы» и летние палаточные лагеря труда и отдыха, и другие «компоненты» методики позволили «возродить» многое из того, что было свойственно стилю и образу жизни клубов С. Т. Шацкого6, скаутских и пионерских отрядов И. Н. Жукова, тимуровских команд.

Тех, кто оказывался рядом с «кюфовцами» во время их «коллективных творческих дел» и различных «операций» («Радость детям», «Радость селу» и так далее) «захватывала» непривычная атмосфера эмоционального подъема, дружеского общения, взаимопомощи, энтузиазма, стремления сделать «всякое дело творчески» (того, что стало называться «коммунарский дух»). Возможно, именно такую атмосферу в коллективе А. С. Макаренко называл словом «мажор». Некоторые воспитанники КЮФа и объединений-последователей (которые, став взрослыми, сами стали организаторами подобных объединений) считают, что в «коммунарстве» главное не идеи и даже не дела, а именно «дух», — атмосфера, свойственная для «коммунарского» общения.

В КЮФ вступали сугубо добровольно и только те, кто сразу признавал «правила игры» (цели, ценности, обычаи, традиции, стиль и образ жизни). Это давало основание И. П. Иванову утверждать, что КЮФ с первых же дней становилась коллективом «третьей стадии развития» (по шкале А. С. Макаренко, когда «требования» предъявляют не только руководитель и «актив», но и каждый член коллектива)7. Это не совсем верно, потому что добровольность стала в КЮФ ответом на противодействие официальных организаций — пионерии и школы.

С самого начала КЮФ стала самодеятельным инициативным самоуправляемым субкультурным объединением детей и их «старших друзей». По существу — объединением неформальным, хотя и считавшимся официально «районной школой пионерского актива». Такая «форма», полагавшаяся для Домов пионеров, стала «экологической нишей» КЮФа.

Но по сути своей КЮФ стала антиподом «школ пионерского актива», которые занимались только с активистами и только по одобренным сверху методичкам. КЮФ стремилась обеспечить условия для самореализации. Недаром, «кюфовцы» любили подчеркнуть, что «в коммуне никто никогда не учит, в коммуне живут»8.

Объективно в КЮФе происходило воспитание и обучение, они осуществлялись по принципу «скрытой педагогической позиции» и делалось косвенно, через организацию «воспитывающих ситуаций» и «коллективную творческую деятельность». Некоторые из идеологов и пропагандистов «коммунарской методики» вообще утверждали, что ребенок воспитывается лишь в процессе преобразования окружающей действительности, а «коммунарскую методику» называют «педагогикой жизни»9.

Члены КЮФ (дети и взрослые) чувствовали себя хозяевами своей организации. Но объективно у этой свободы были некоторые ограничения. Во-первых, имея статус школы пионерского актива района, КЮФ рано или поздно должна была ответить, как она выполняет свою функцию — кого она обучила, и что это дало школам. Это усложнялось тем, что большинство ребят вовсе не были «выборным» школьным активом, и не собирались в своих школах «функционировать» в качестве «актива». Среди «старших друзей» тоже было много «добровольцев», которые с большим удовольствием приходили в КЮФ общаться с детьми, но не собирались «работать на школы», к которым часто имели неприязненное отношение. С точки зрения административно-командной системы КЮФ вместо обучения пионерского актива школ, «отобрала его из школ и стала «работать на себя»10.

Во-вторых, объективным ограничением полной свободы КЮФ был и ее руководитель И. П. Иванов и руководимый им «СЭН», для которых КЮФ была не самоцелью, а средством решения теоретических, методических и практических проблем — например, формирования юных общественников и организаторов.

Коллективное самосознание и осознание себя как «инструмент» научного поиска стало внутренним противоречием. И. П. Ивановым была предложена программа создания в школах «спутников коммуны», своеобразных ее филиалов, которые позволили бы и формально и по существу «оправдать» КЮФ в качестве «школы пионерского актива».

В книге С. Л. Соловейчика этот момент представлен как расформирование коммуны: «Весь район, вся пионерская организация района должна жить так, как живет коммуна, и, следовательно, существование особых коммунарских отрядов теряет смысл»11. И. П. Иванову и Л. Г. Борисовой пришлось покинуть КЮФ. Это стало трагедией для «коммунаров»: «Невозможно представить, что мы потеряли с его уходом и как бы сложилась жизнь коммуны в дальнейшем, если бы этого не случилось»12. Из трех главных фигур для КЮФ в «коммуне» осталась только Ф. Я. Шапиро. По словам Иванова, его эксперимент на этом был закончен.

Следующей ступенью развития своей методики «педагогики общей заботы» он называет КиМ. Эта Коммуна имени Макаренко была создана осенью 1963 года на базе Ленинградского Государственного педагогического института имени А. И. Герцена.

«Потребность в разработке научного фундамента своего педагогического опыта, остро ощущавшаяся многими из этих энтузиастов, стремление к обмену опытом на теоретической основе, привело сначала к периодическим встречам (слетам) делегатов этих коллективов, а затем к объединению этих коллективов в «Коммунарское Макаренковское Содружество» (КМС)13.

Хотя И. П. Иванов подчеркивал, что КиМ это «не просто коммунарский, это Макаренковский коллектив»; «это постоянно действующая добровольная, общественная школа организаторов воспитательной работы, участники которой учатся строить жизнь на коммунистических началах, жить такой жизнью, воспитывать в ней себя и других»14, но эффективность этой организации была невысока — студенты не стремились воплощать идеи в жизнь15.

С этого момента пути И.П. Иванова и КЮФ расходятся. Иванов занимается разработкой методики «общей заботы», «коммунары» распространяют свое движение на новые территории.

КЮФ стал переходить к этапу создания в школах «спутников». С момента создания первых «спутников» стало возможным говорить о возникновении «коммунарского движения». Постепенно «спутники» были созданы в большей части школ Фрунзенского района, после чего многие перестали участвовать в жизни КЮФ, т. к. считали, что «научились всему, что она давала и могла дать»16. Считается, что КЮФ перестала существовать, выполнив за 12 лет свою роль районной школы пионерского актива. Позже Ф. Я. Шапиро и ее сподвижники по КЮФ в течение нескольких лет пытались «завоевать» одну из школ (заявив: «А.С. Макаренко остановился перед порогом школы, а мы его переступили»), но советская школа не могла не отторгнуть «коммунарскую методику»17.

После ряда публикаций 1959-1962 гг. ЦК ВЛКСМ заинтересовался опытом КЮФ. Это было время «оттепели» и комсомол пытался «оживить» пионерию. Летом 1962 г. «Комсомольская правда» и ЦК ВЛКСМ в лагере ЦК ВЛКСМ «Орленок собрали 50 старшеклассников из различных городов. В этот отряд пригласили вожатыми трех «старших друзей» из КЮФ и несколько ребят — «кюфовцев». Так появился полуофициальный «Всесоюзный клуб юных коммунаров» при «Комсомольской правде». Ребята разъехались и многие образовали «секции» клуба юных коммунаров. Секции проводили «коллективные творческие дела», — воспроизводили стиль и образ жизни КЮФ. Летом 1963 г. в «Орленке» были собраны уже 500 старшеклассников, среди них 50 коммунаров. У Клуба ЮК появились сотни «секций» в разных концах страны. Вот с этого-то времени и появился в прессе термин «коммунарское движение»18, а лагерь стал мультипликатором движения.

В осенние, зимние, весенние и летние каникулы в разных городах стали проводиться (иногда даже одновременно в нескольких городах сразу) «Всесоюзные коммунарские сборы», на которые собиралось одновременно по 100, 200, 300 человек из 10-20 «секций» клуба ЮК разных городов страны.

С осени 1963 г. в «Комсомольской правде» стала выходить тематическая страница для старшеклассников «Алый парус», которая была задумана как печатный орган «коммунарского движения», и первое время была таковым. Аналогичные «страницы» появились в газетах других городов (Петрозаводске, Перми, Новороссийске, Щелково и других).

«Секции» клуба Юных Коммунаров стали создаваться при редакциях молодежных газет, в школах, при Домах культуры, при Дворцах пионеров. Некоторые из этих «секций» официально числились как городские штабы комсомольцев-старшеклассников. Газеты тоже стали мультипликатором движения. А главным — базовым мультипликатором19 коммунарского движения стала «Комсомольская правда» — тираж её временами доходил до 21 миллиона, то есть один экземпляр газеты на каждых 8-12 жителей страны.

Транслятором коммунарского движения был коммунарский сбор, как правило, в форме многодневного лагеря. На базе КТД20 — коллективных творческих дел, которых были разработаны сотни видов, реализовывалось детское самоуправление посредством выборных дежурных командиров, Советов Дела (СД), общего сбора, «откровенных разговоров»/рефлексий, — методики, ведущие свою историю ещё от А. С. Макаренко и его коммун21.

К 1967 у «коммунаров» сформировалось четыре географических центра:

1. Москва

2. Ленинград

3. Свердловск

4. Краснодарский край (Орленок)

Ленинград был первым — с него начал И. П. Иванов свой «эксперимент», Москва, как столица, всегда в первых рядах новых движений. Краснодарский край центром сделал пионерлагерь «Орленок», Черноволовский «Пилигрим», а позже «Маленькие Фонарщики» Ланцберга, Устиновская «Тропа» и еще некоторые педагогические сообщества. Свердловский центр был организован писателем «Крапивиным» и его клубом «Каравелла».

Комсомольское руководство рассматривало Клуб ЮК как «форму работы школьного комсомола», как «школу комсомольского актива», пытались объявить весь «школьный комсомол» коммунарами. Руководители отдела учащейся молодежи ЦК ВЛКСМ настаивали на формализации коммунарских объединений (по образцу КЮФ или Клуба ЮК Горловки, опыт которых ЦК ВЛКСМ «одобрил»). Большинство лидеров движения не соглашались.

В 1965 году ЦК ВЛКСМ охладело к «коммунарскому движению» — оно не запрещалось, но с тех пор во многих городах отношение к «секциям» клуба ЮК стало крайне неблагоприятным. Кое-где за попытки «коммунаров» организовать коммунарское объединение, провести коммунарский сбор исключали из институтов, из комсомола, отстраняли от работы пионервожатых. В этих условиях многие «Секции» прекратили существование, некоторые поменяли название22. В коммунарском движении ощущался кризис. В 1967 году противостояние коммунаров и властей из скрытой фазы переходит в явную.

Выводы

Таким образом, И. П. Иванов не ставил своей целью создать новое неформальное педагогическое течение, он хотел создать методику, которая бы усовершенствовала официальную школьную и внешкольную (пионерско-коммунистическую) методику воспитания. Эта его цель сразу вызвала активное сопротивление руководителей, усмотревших в повышенной самостоятельности угрозу существующему порядку. Несмотря на столь неблагоприятные факторы, «коммунарство» продолжало распространяться. Сопротивление руководства к реформированию системы сделало проект Иванова неосуществимым, но так как его идеи и методы оказались эффективны и востребованы, это привело к выделению отдельного движения.

Возникнув внутри официальной системы, «коммунары» осознали себя отдельным движением, и сумели отстоять свою независимость даже путем потери основателя. Движение из одного клуба становиться ассоциацией. Официальная внешкольная педагогика делает попытку поглотить уже сформированное движение, как это было сделано с тимуровцами, но на данном этапе терпит поражение. «Коммунарство» занимает нишу внешкольного неофициального детско-юношеского движения.

Коммунарская «разведка дел и друзей», их «защита» берёт своё начало в практике русских скаутов, разделявших народническую идеологию бескорыстного служения обществу. Метод «коллективных творческих дел» выходит за рамки интересов собственно педагогики, переходя в сферу социально-культурной деятельности. Эта практика, нетипичная для западных скаутов, берёт начало в педагогике С. А. Рачинского, проникнутой идеями славянофилов и ранних народников. Предпосылки коммунарского движения лежат гораздо глубже, нежели рецепция в России скаутинга Баден-Пауэла. У коммунарского движения, главным образом, российские корни — доказательством чего является такая специфическая ценность, как коллективизм. Воспитание «нового человека» ни по Руссо, ни по Локку не подразумевает развития коллективизма — скорее, напротив. Нет специального акцента на коллективизме и в английском скаутинге, влияние которого было преобладающим в случае С. Т. Шацкого (но не в случае И. Н. Жукова).

Это характерная черта идеологии славянофилов и народников, в педагогических экспериментах которых были сформированы необходимые для коммунарского движения, исходные, предпосылки. Многочисленные конфликты коммунарского движения с официальной педагогикой СССР, при внешнем совпадении идеологии, были отнюдь не случайны. Народники делали ставку на самоорганизацию народа, на инициативу «снизу» (этот подход в полной мере унаследовали коммунары) — большевики же поставили во главу угла партийность — организацию народа «сверху». Иерархическая дисциплина, часть коммунистической идеологии, принципиальным образом несовместима с коммунарским самоуправлением — по сути, народническим. Поэтому кризис коммунарского движения в СССР был неизбежен.


1.  Иванов И. П. «Коммунарское движение и коммунарская методика». Из материалов Ленинградского Макаренковского Мемориально-методического центра [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kommunarstvo.ru/index.html?/biblioteka/bibivakom.html. Дата обращения: 2.09.11.

2.  Иванов И. П. «Коммунарское движение и коммунарская методика». Из материалов Ленинградского Макаренковского Мемориально-методического центра [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kommunarstvo.ru/index.html?/biblioteka/bibivakom.html. Дата обращения: 2.09.11.

3.  Там же

4.  Там же

5.  Журнал Коммунист. № 7. 1962.

6.  Соколов Р. В. Звенья в бесконечной цепи. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kommunarstvo.ru/. Дата обращения: 6.09.11.

7.  Иванов И. П. «Коммунарское движение и коммунарская методика». Из материалов Ленинградского Макаренковского Мемориально-методического центра [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kommunarstvo.ru/index.html?/biblioteka/bibivakom.html. Дата обращения: 6.09.11.

8.  Соколов Р. Лаборатория оптимизма. Круг первый. Журнал «На путях к новой школе», 2000-2001. № 4.

9.  Соколов Р. В. «В поисках настоящей педагогики» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.sokolovr.ru/soc-ped-mact.html. Дата обращения: 6.09.11.

10.  Там же.

11.  Соловейчик С. Л. «Воспитание по Иванову» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://orlyonok-c.narod.ru/frunzenskaja_kommuna.html. Дата обращения: 6.09.11.

12.  Крыщук Н. Фрунзенская коммуна: торжество и драма свободного братства. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.altruism.ru/sengine.cgi/5/7/8/12/43. Дата обращения: 6.09.11.

13.  Соколов Р. В. «В поисках настоящей педагогики». [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.sokolovr.ru/soc-ped-mact.html. Дата обращения: 2.09.11.

14.  Иванов И. П. «Коммунарское движение и коммунарская методика». Из материалов Ленинградского Макаренковского Мемориально-методического центра. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kommunarstvo.ru/index.html?/biblioteka/bibivakom.html. Дата обращения: 2.09.11.

15.  Царева Н. . «Мой Игорь Петрович» 2003. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kommunarstvo.ru/index.html?/biblioteka/bibtsamoy.html. Дата обращения: 1.09.11.

16.  Соколов Р. В. «В поисках настоящей педагогики» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.sokolovr.ru/soc-ped-mact.html. Дата обращения: 6.09.11.

17.  Соловейчик С. «Воспитание по Иванову» М.: Изд. Педагогика. 1989. С. 68.

18.  Соколов Р. В. «В поисках настоящей педагогики» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.sokolovr.ru/soc-ped-mact.html. Дата обращения: 2.09.11.

19.  Мультипликатор - материальный способ воспроизводства и распространения транслируемой информации.

20.  Иванов И. П. Воспитание общим делом. Из опыта Коммуны им. Макаренко // Ленинградская правда. - 1978. - 23 нояб.

21.  Кордонский М. Б., Кожаринов М. Ю. Очерки неформальной социотехники (Учебное пособие для лидера молодёжной неформальной группы). (Серия: Технология группы), предисловие В. Хилтунена - М.: Net2Net, 2008. С. 33.

22.  Соколов Р. В. «В поисках настоящей педагогики». [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.sokolovr.ru/soc-ped-mact.html. Дата обращения: 2.09.11.




Для печати   |     |   Обсудить на форуме



Комментировать:
Ваш e-mail:
Откуда вы?:
Ваше имя*:
Антибот вопрос: Сколько будет дважды три (ответ словом)?
Ответ*:
    * - поле обязательно для заполнения.
    * - to spamers: messages in NOINDEX block, don't waste a time.

   


  Никаких прав — то есть практически.
Можно читать — перепечатывать — копировать.  

  Rambler's Top100   Яндекс цитирования  
Rambler's Top100