Технология альтруизма
Оглавление раздела
НЕФОРМАЛЫ 2000XX

Последние изменения
Неформальные новости
Самиздат полтавских неформалов. Абсолютно аполитичныый и внесистемный D.I.Y. проект.
Словари сленгов
неформальных сообществ

Неформальная педагогика
и социотехника

«Технология группы»
Авторская версия
Крошка сын к отцу пришел
Методологи-игротехники обратились к решению педагогических проблем в семье
Оглядываясь на «Тропу»
Воспоминания ветеранов неформального педагогического сообщества «Тропа»
Дед и овощ
История возникновения и развития некоммерческой рок-группы
Владимир Ланцберг
Фонарщик

Фонарщик — это и есть Володя Ланцберг, сокращенно — Берг, педагог и поэт. В его пророческой песне фонарщик зажигает звезды, но сам с каждой новой звездой становится все меньше. Так и случилось, Володи нет, а его ученики светятся. 


Педагогика Владимира Ланцберга


Ссылки неформалов

Неформалы 2000ХХ

Михаил Кордонский

Двадцать шесть понедельников

Ах, как трудно будет нам, если мы ему поверим:
с этим веком наш роман бессердечен и нечист.
Но спасает нас в ночи от позорного безверья
колокольчик под дугой — одинокий гитарист.

      Юрий Визбор


Девочка, вскинув руки, всматривается в отраженные водой облака:

— Ой, далеко падать-то!..

Ну, че ты... ну, пошли! — окликает ее подружка. — Там все решается через кратность. Надо доказать, что 2p кратно m, и если другие элементы множества тоже кратны m, тогда мы приходим к противоречию. Поняла?

Матч между командами девятиклассников и преподавателей состоится, если высохнет лужа на футбольном поле.

Детский оздоровительный центр «Вишкиль», бывший до революции домом отдыха на 800 мест, продолжает постепенно разрушаться, несмотря на постоянное подлатывание. Он, как и все в этих местах, построен вокруг лесопилки; деревянное здесь все, что может таковым быть. Еще в конце 80-х несколько недель после ледохода по Вятке каждые два часа шли плоты в 10 тысяч кубов. Лес — главное достояние поныне Кировской, не переименованной, несмотря на три шумных демкампании, области. Были и другие — заводы военные, ныне стоящие, — нестоящие. И еще одно, не престижное в большом коммерческом мире, что каждый июль одухотворяет сосновый бор на высоком берегу: одаренные дети — лишние хлопоты для родителей, неисчерпаемый ресурс и богатство страны. Их количество пропорционально только численности населения и не зависит ни от экономики с политикой ни, по большому счету, от культурного уровня и качества образования в населенном пункте. Надо «всего-навсего» их найти, зная, что по законам генетики они, в отличие от нефти и газа, есть и будут везде, где жив народ. И, найдя, дать возможность развить свой талант.

Двадцать три года назад в Кировский пединститут приехал преподавать (впоследствии заведовать кафедрой) бывший ленинградский кружковец Игорь Рубанов. Девятнадцать лет назад началась смена первой Кировской ЛМШ — летней математической (позднее многопредметной) школы.

«Традиция и неформальное движение математических кружков существует с середины тридцатых — с того времени, когда в Ленинграде -впервые в СССР! — была проведена математическая олимпиада. Кружок и олимпиада — близнецы-братья. Победителей олимпиады приглашают в кружок, кружок часто воспринимается как место, где готовят к олимпиаде».
(Игорь Жуков. «Ленинградские математические кружки». Журнал «На путях к новой школе», #3, 2003).

Традиция летних школ тоже родом из Питера. Как и любое неформальное сообщество, ЛМШ — невиданная в миру социальная общность. «Контингент учащихся» здесь — братство, «педсостав» — орден, а «учебно-воспитательный процесс» — мощный поток духовной жизни, завораживающий и вовлекающий. Этот мир принадлежит математикам (даже если они биологи и физики), и здесь они имеют право быть важнее всех и смотреть на нематематиков свысока. Здесь свои законы, традиции, ритуалы, в этом мире находят друзей (и подруг, конечно).

В 1959 году прошла первая международная (де-факто всемирная) математическая олимпиада школьников. Сорок пятая состоялась в Афинах, символически на месте грядущей спортивной.

Успехи «царицы наук» незаметно для непосвященных, но решающим образом повлияли на прогресс ушедшего века. Кроме видимого прикладного значения (вычисления для практической, да, очень практической физики, компьютерные алгоритмы, инженерные расчеты, в том числе орбит и траекторий), математические штудии развивают разум так, что ему становятся доступны любые задачи из всех областей знаний. Великий русский ученый и педагог академик А.Н.Колмогоров посвятил жизнь превращению кружково-олимпиадного движения в мощную систему поиска и развития одаренных детей из дальних, глухих уголков СССР. Для них в столицах и крупных культурных центрах строились интернаты, создавались факультеты. Вклад этого педагогического направления в культурное достояние человечества трудно оценить. Когда Гагарин поехал по орбите на несколько месяцев раньше, американцы восприняли это как национальное поражение и срочно перебросили огромные средства на две федеральные программы: космическую и... реформу среднего образования.

Оказавшемуся в провинции Рубанову не хватало привычной среды обитания, и он ее сотворил, построив вокруг себя маленькую столицу. В Кирове рядом с домами пионеров и юных техников появился уникальный ЦДООШ — Центр дополнительного образования одаренных школьников. Поднялись приутихшие после бума 60-х математические соревнования — олимпиады, турниры, соткалась сеть поиска детей из сельских школ северной области, затем — из других областей. Ныне Кировская ЛМШ является центром этой отрасли образования для Сибири, Урала и Поволжья. Никто ее сверху не назначал и на федеральные округа не делил, она стала себе сама, пережила разруху, сумела приспособиться к новому времени.

Каждое лето, многие дети из года в год, с 6-го по 10-й класс, учатся добровольно и с запредельной нагрузкой — охота пуще неволи. Шесть-восемь уроков в день. Плюс домашние задания, олимпиады, математические (физические, биологические) бои, да и разговоры после уроков значительной частью об умном — так проводят время типичные для этого странного места люди. Самое популярное развлечение — интеллектуальные игры, на них приходит больше детей, чем на дискотеки. Попасть в ЛМШ не просто — очень сложны вступительные работы. Бросить, уехать, стать отчисленным за бесталанность, неучение и, не дай бог, хулиганство — легко. Вернуться — очень сложно. Добровольность в практике неформальных сообществ означает: добровольно пришел, добровольно подчиняйся нашим законам, не хочешь — добровольно уходи. Зачем они выбирают эту тяжелую жизнь вместо отдыха? Ради своего будущего, вместо репетиторства, для поступления в столичные вузы? Дети, особенно младшие, шестиклашки, слабо мотивируются такими категориями. И зачем родители платят за путевки?

Деревянные избы, амбароподобные жилые (они же учебные) корпуса, столовая в две смены, кинозал под вывеской «Дом культуры», баня образца коммунального хозяйства 50-х (зальчик площадью метров 30 с шайками, парилкой, истопником и тремя душевыми стойками — на пятьсот душ, мытье строго по расписанию!) и это... ну, это самое... чего не умолчать в эпоху (надеюсь, краткую), когда сортир в России больше, чем поэт. Необходимые для неприятных, но неизбежных сторон жизнедеятельности коммунальные спецслужбы выполнены в классическом русском стиле — деревянные, уличные, очкастые. На аскетический быт здесь не обращают ровно никакого внимания. Ну, разве что математики с физиками кратко обсудят, применим ли к этому сооружению термин «функциональный». То бишь если «включающий в себя подмножество функций», тогда, значит, нет, а вот в смысле «функционирующий» — очень даже да, потому как действует исправно и безотказно, в отличие от телефона и электричества. В компьютерном классе всех просят сохранить данные перед включением чайника — напряжение «просаживается» с «обычных» 190 до 170 вольт. Мобильной связи нет, ближайшая вышка за 30 километров. Телевизоров нет просто потому, что нет. Месяц без цивилизации не прихоть, а суровая необходимость: здесь дешевле. Достойная русская бедность — один из экономических столпов ЛМШ. В Кировской области есть детские лагеря с высоким уровнем комфорта, например, лагерь УВД «Дзержинец», но структуре, которая шлифует кадры для науки, информационных технологий, образования, евроремонты не по карману. Чтобы повысить комфортабельность, потребуется сделать путевки недоступными для обычной, средней не по западным стандартам, а по русским провинциальным реалиям семьи. В ЛМШ никогда на это не пойдут. Выбор между сытостью и сверхзадачей сделан сознательно и бесповоротно.

Столп второй: отточенная методом проб ошибок экономическая многоукладность. Полную стоимость путевки почти никто из родителей не платит. Победителей олимпиад и многих из тех, кто сдал заочный экзамен в ЛМШ, дотируют местные власти. В Кировской области практически всех, в других регионах — по-разному. Работающие родители несут путевки на свои предприятия, где действует соцстрах — пережиток дореволюционных профсоюзов. Часть сметы школы-лагеря заработана ЦДООШ другой деятельностью в области образования и культуры. Наконец, еще часть — прямая дотация из бюджета.

В конце концов, не так уж принципиально, является образование платным или бесплатным. Главное, является ли оно доступным. Кировская область намного более других представлена в ЛМШ детьми из сел и маленьких городков. Другие регионы России (и ближнего зарубежья) — преимущественно относительно крупными городами, хотя связь между мощностью культурного центра и количеством детей прослеживается слабо. Дети оттуда, где сумели наладить специфическую работу по поиску талантов, а делается она в основном на энтузиазме.

Вот и третий столп, самый толстенный. ЛМШ возникла в другом мире и существовала там на доброй воле преподавателей. Материальную базу — собственно лагерь, питание — ОБЛОНО предоставлял бесплатно. После революции стало невозможно: пришлось платить деньгами за аренду и быт, искать и создавать новые экономические формы и вписываться в них. Но стержень из прошлой жизни, из лучших традиций русской культуры остался. Река культуры состоит не только из официально нанесенных на карту притоков — научных школ, творческих союзов, но из донных родников — субкультур, носителями которых являются неформальные сообщества.

Свой календарь: четыре учебных дня и пятый — выходной. За бранное слово можно схлопотать наряд вне очереди на уборку территории. Мальчик с девочкой нежно целуются прямо у входа в админкорпус — толпа их старательно обтекает. Явка на зарядку и утреннюю линейку с подъемом флага обязательна. Преподаватель, постажировавшийся по основной работе в США, отказался работать в дальнейшем в ЛМШ: «Что это за обязаловка — наряды, линейки, зарядки? Дети здесь несвободны». Почему-то дети так не считают. «У взрослых ведь фантазия атрофирована... ой, вы извините, если я вас обидел... — сообщает семиклассник-биолог. — Мы просто не такие, как все: они балдеют от отдыха, а мы от учебы». Есть дети, попавшие сюда через олимпиады, а есть и наоборот: привлеченные вначале желанием причаститься к этому миру и затем увлекшиеся всерьез математикой, начавшие развивать свои способности, реализовывать себя в науках.

Работа преподавателей в ЛМШ — вечный понедельник Стругацких, сочетание лошадиного труда, творчества и общения — не путать с трепом. Здесь очень редко можно услышать разговоры на бытовые темы, зато обожают обсуждать коллективно все школьное: каждую минуту завтрашнего урока, каждую задачу олимпиады, пункт программы, каждую строчку в любительском спектакле. Пришлые — практикантки местного пединститута — быстро заражаются этой манерой, не ухватывая ее суть, и начинают обсуждать пароль на вход в локальную сеть. Преподаватели высокого класса — провинциальные вузовские, столичные студенты и аспиранты и некоторое количество очень продвинутых школьных учителей — выполняют функции и вожатых, с подъема пасут детей, водят после занятий в походы и на пляж, а после отбоя садятся за компьютеры готовить задания на завтра. В результате спят по четыре часа в сутки. «Когда-то к нам ехали не за зарплатой», — ностальгически вспоминают старожилы. Сейчас она несколько выше, чем в обычных лагерях и школах, но несерьезна для молодого выпускника столичного мехмата, владеющего квалификацией программиста мирового стандарта. Для человека, тянущего ЛМШатский уровень математики, любой язык программирования — легкое ремесло для пропитания. Компьютерный класс в ЛМШ называют хакеркой, а сисадминов, соответственно, хакерами, используя первозданное значение этого слова, через которое сквозит дух MIT (Massachusetts Institute of Technology) и всемирного братства свободных компьютерщиков. «Все мы зарабатываем на жизнь программированием, чтобы оставить свободное время для занятий наукой и работы в ЛМШ», — говорит ведущий специалист московской программистской фирмы. Средний возраст преподавателей примерно 24 года, самому младшему — 16 лет, он студент МГУ, естественно, выпускник ЛМШ. Кировская школа порождает новые смыслы и размножается — ее неофициальные филиалы существуют в нескольких городах России. Никакая чисто формальная структура не в состоянии была бы проделать такое количество работы за ту же сметную стоимость. ЛМШ черпает огромные запасы энергии, энтузиазма, духовности, существующие в нашем обществе и не находящие в других местах выхода, — для творчества, для самореализации. «Главная цель ЛМШ — поддерживать в мире уровень интеллигентности», — говорит отец-основатель этого мира Игорь Рубанов.

Упомянутые три столпа стоят, как водится, в иных мирах, на спине слона. Нередкое для неформальных сообществ сочетание свободы и раскрепощенности с коллективизмом и... с единоличной и абсолютной властью. Оптимальная, согласно промышленной социальной психологии, структура принятия решений в производственном коллективе: на 50 демократических — 30 авторитарных и 20 либеральных — сдвинута в сторону демократии и либерализма. Но когда коллективизм дает сбои, не удается придти к общему мнению, обращаются к высшему судии. А также когда судия дотошно проверяет работу и отменяет принятые другими решения, о коллективном бессознательно (или сознательно, тактично — бог его знает) забывают. Формально Рубанов — завуч, фактически — харизматический авторитарный лидер. Первое лицо учреждения представляется: «Я директор при Рубанове»; непосредственная начальница плачет навзрыд, услышав от него упрек и распрямляется, как молодая сосна, получив прощение и извинение за резкость.

Преподаватели привозят сюда собственных детей, они поступают в вузы и, возвращаясь учить других, создают династии. Такой путь прошли и дети самого Рубанова. Родители и учителя ЛМШат пристраиваются сопровождающими групп, а то и покупают путевки на соседнюю турбазу с тем же сомнительным уровнем сервиса, но за полновесную цену; приезжают вместе с младшими детьми — просто побыть рядом и подышать этим воздухом...

Вишкиль, Котельнический район, Кировская область, 2004 год, телефонная линия, исчезающая на сутки после ночного ветра («Опять упали два столба», — сообщают местные), модем, сгоревший в грозу, и новый, добытый экстренным авторейсом в райцентр. Наконец получено электронное письмо из Греции: наши на третьем месте, американцы на втором. Трое учеников Кировской ЛМШ в российской команде. Еще один бывший кружковец — в команде США. В пресс-релизе математической олимпиады подробно расписано, сколько очков каждый участник принес своей команде. Если бы наш вундеркинд не эмигрировал вместе с родителями, то русские опередили бы американцев. На первом месте — Китай.

Игорь Рубанов: «Наше предназначение — поднимать всю провинциальную Россию. Поднимается-то она сама, но она должна знать, что это возможно, видеть живой пример!»

Преддверие тайги, в трех часах езды (по колдобистой дороге) начинаются северные надбавки, на юге — Кострома, на севере — Коми; 17,6 градуса — средняя температура самого теплого в году месяца, 58-й градус северной широты. Белыми июльскими ночами в хакерке топят дровами печку, и каждый год 26 понедельников подряд начинаются в субботу.

Доброе утро, ЛМШ!

«Русский журнал». 13 августа 2004 г.


Для печати   |     |   Обсудить на форуме

  Никаких прав — то есть практически.
Можно читать — перепечатывать — копировать.  
© 2000—2008.
  Rambler's Top100   Яндекс цитирования  
Rambler's Top100